Интервью

В 2012 г. выясняется, что почти 16 млн человек вдруг неожиданно ушли в негосударственные пенсионные фонды

Поделитесь с друзьями ВКонтакте Twitter Facebook Одноклассники
Георгий Бовт: У нас в гостях сегодня Константин Угрюмов, председатель Совета национальной ассоциации негосударственных пенсионных фондов. Здравствуйте, Константин Семёнович
 
Константин Угрюмов: Добрый вечер.
 
Г.Б.: Мы будем, естественно, говорить о пенсиях. Я сразу же объявлю, что у нас на интернет-сайте city-fm.ru есть голосование - вопрос: «Как накопить на пенсию?», и 2 варианта ответа: «Я стараюсь инвестировать часть своих доходов, чтобы обеспечить достойную старость» или «Я не задумываюсь о пенсии, поскольку предпочитаю жить сегодняшним днём». Можно, конечно, предложить третий вариант: «Как только задумаюсь, так сразу начинаю жить сегодняшним днём». Но есть только 2 варианта, а поэтому предлагаю голосовать. Напомню, sms-портал для сообщений 8 (925) 0000-87-9 и (495) 995-11-11 - прежний наш телефон для звонков.
 
Константин Семёнович, нашу пенсионную систему опять хотят перелопатить , уже который раз подступаются с её реформой и всё время меняют правила игры, от этого становится тревожно, и лично мне как человеку, приближающемуся неуклонно к этому порогу становится тревожно вдвойне, поскольку чувствую ,что как-то хотят кинуть, но ещё не ришили, как именно. И спорят между собой Минфин, Минтруд и Минэкономразвития о том, как же кинуть половчее, потому что есть дефицит пенсионного фонда, есть система, по которой вы можете что-то куда-то накапливать - накопительная система, но она меня не касается - я до 67-го г. родился в любом случае. Есть какая-то система сонакопления, которая тоже не заработала толком, потому что эти гроши, с которыми непонятно что будет в результате инфляции в 10 % в год и т. д. и т. п. Сейчас все споры идут о том, что, чожет быть, накопительную часть вообще покоцать: из 6 % сделать, например, 2, сделать солидарную систему, когда всё в общий котёл. При этом выигрывают бедные, те, у кого маленькие зарплаты, а те, кто работает за большие зарплаты, либо потому, что они блатные, либо потому, что они много работают, они «останутся с носом». Мне кажется, что негосударственные пенсионные фонды должны вообще тогда сдохнуть.
 
К.У.: Почему они должны сдохнуть?
 
Г.Б.: Потому что у людей возникнет неверие во всякие пенсионные фонды, вообще во всякие, и они скажут: «Ну вас, ребята... Пойду-ка я куплю себе какую-нибудь недвижимость: сарай, гараж, да хоть вообще кусок земли какой-нибудь – хоть что-нибудь, что будет меня кормить».
 
К.У.: Георгий, хочу сказать Вам и всем радиослушателям, что я не могу назвать то, что сейчас происходит очередной реформой, потому что это контрреформа.
 
Г.Б.: Я согласен.
 
К.У.: Реформа, ее цель и задачи была обозначена в 2002 г. Не боюсь вызвать на себя гневные отзывы, но та система, которая предполагалась быть построенной в соответствии с законодательными актами, которые были приняты в 2002 г., она могла бы сделать нашу пенсионную систему одной из прогрессивных.
 
Г.Б.: А что же не пошло?
 
К.У.: А 10 лет прошло, а у нас те же самые чиновники, даже фамилии те же самые, которые сейчас занимаются контрреформой, просто ничего не сделали для того, чтобы эту реформу довести до конца. Очень хороший простой пример. Это проблема досрочных пенсий. У нас почти половина выходит досрочно, и затраты ПФР достигают 45%. Вы знаете, что в Советском союзе создавалась система, чтобы привлекать людей на крайний север и т.д.
 
Г.Б.: После того как ГУЛАГ закончился, возникла система досрочных пенсий.
 
К.У.: Ничего не делали 10 лет, просто стенали о том, что этот вопрос перезрел, закон провалялся 10 лет в Государственной Думе, и в прошлом году его просто взяли и сняли.
 
Г.Б.: А что нужно было сделать?
 
К.У.: На самом деле надо было ввести дополнительный тариф для работодателей. Во-первых, надо было провести переаттестацию рабочих мест, нужно было ввести дополнительный тариф для работодателя. Я Вам сейчас скажу удивительную вещь: не верьте тем чиновникам, которые говорят, что работодатели выступали против, - это вранье. В 2008 г. Российский союз промышленников и предпринимателей взывал к Правительству и сказал, что готов платить дополнительный тариф, мы посчитаем его, давайте проведем аттестацию рабочих мест для того, чтобы мы готовы его платить, но разумный, т.е. он должен быть актуально просчитан.
 
Г.Б.: Чтобы ранние пенсии шли бы не из Пенсионного фонда, а из средств работодателей.
 
К.У.: Работодатель согласен, есть прямо документ, протокол «О заседании бюро правления РСПП». Ну и что вы думаете, опять же эти 4 года те же люди, законодатели, чиновники правительства не делали ничего.
 
Г.Б.: А что мешало? Какие-то всё-таки работали специальные интересы против этого? Мне кажется, когда котел большой, и в него все складывается из разных мест, легче. Его проще тянуть, воровать, перераспределять, а тут понимаете - есть работодатель, который будет четко следить: вышел на пенсию в 45-50 лет из вредного производства - положен специальный счет, из него уже ничего никуда никаким иждивенцам, которые проработали 3 дня, значит, им пенсии не положены.
 
К.У.: Я с Вами согласен. Гораздо проще собрать все в один котел и поделить. Это все понятно. Потому что то, что предлагалось в 2002г. достаточно технологичная вещь, которая требовала и затрат, не финансовых, а скорее умственных и деятельных, наших законотворных деятелей, и правительственных деятелей. Но самое главное - это бы систему поставило на ноги. Есть другая история. Ведь полный тариф страховых взносов в Пенсионный фонд России платят порядка 40% работающих, а пенсию полную получают все. Вот я вам говорю новость?
 
полный тариф страховых взносов в Пенсионный фонд России платят порядка 40% работающих, а пенсию полную получают все
 
Г.Б.: Про 40%, честно говоря, новость. Давайте ответим на вопрос. Слушаем. Михаил, добрый вечер, Вы в эфире.
 
Михаил: Добрый вечер. У меня вопрос вот какой: в некоторых испеченных фондах есть порог входа, т.е. условно если завтра выходить на пенсию, то я не могу перевести документы из государственного фонда в негосударственный. И вот этот порог входа, который они сами себе устанавливают, это обеспечивает 10-15-летнее существование чего-либо кому-либо. В самом плохом случае это может вылиться в то, что потом этот фонд куда-то исчезнет, и никто ничего не получит. Как много таких фондов, насколько законный такой порог?
 
К.У.: У меня к вам встречный вопрос: а с чего вы взяли, что они существуют. Вот скажите, пожалуйста, Вы что, обращались в какой-то фонд и Вам сказали, что есть порог или вы где-то это услышали? Я хочу Вам сказать, что с точки зрения закона, никакого порога не существует в принципе, и более того как только негосударственный пенсионный фонд становиться участником системы обязательного пенсионного страхования и получает лицензию на эту деятельность, он переходит в сферу публичной оферты, но для юристов это понятно, и любой человек может принести свои пенсионные накопления в любой негосударственный пенсионный фонд, не важно как его называют Госфонд, Лукойл, никто не может вам в этом отказать. И поэтому мне удивительно слышать про порог входа, которого просто не существует. Если у вас есть конкретные примеры, что в каком-то фонде вам отказали, обратитесь к нам в Ассоциацию, а мы обратимся в федеральную службу, и поверьте, этому фонду будет очень не хорошо.
 
Г.Б.: Напомню, что Константин Семенович - председатель Ассоциации негосударственных пенсионных фондов. Сколько процентов, уплачивающих полную ставку взноса?
 
К.У.: Это расчет Российского союза промышленников и предпринимателей, на самом деле полную ставку взноса со всей заработной платы у нас оплачивают практически только работники корпоративных отраслей. Работники бюджетной сферы уходят от уплаты такого взноса за счет Георгий, вот недавно мне довелось беседовать с одним высокопоставленным чиновником, который сказал, что у него минимальная заработная плата, а на руки он получает 170 тыс., т.е. это надбавки за вредность, сложность, больничные, санаторные, то, с чего взносы не уплачиваются. Работники сельского хозяйства уплачивают всего лишь 20% взносов, самозанятое население, предприниматели, которое тоже претендует на полную пенсию, уплачивают конкретную ставку, если не ошибаюсь, там порядка 10 тыс. рублей в год. Если брать документ «Стратегия развития пенсионной системы до 2030 г.» - совершенно очаровательный документ, где о многих вещах вообще не сказано. Его можно просто пролистать, а можно взять последнюю страницу и прочитать там буквально следующее: «Стратегия не будет работать, если не произойдет позитивной трансформации, в частности демографического увеличения населения». А поскольку мы все знаем, что такой позитивной трансформации не произойдет - стратегия работать не будет. Что значит, не будет? Главная задача этой стратегии - отобрать деньги молодых.
 
Г.Б.: По поводу демографической стратегии, то все демографы говорят, что те женщины, которые должны обеспечить наш демографический взрыв до 2030 г. - они уже родились.
 
К.У.: Я не специалист в области мировой демографии, но это уже тенденция, что пенсионеров к количеству работающего населения увеличивается. Мы теряем очень много людей в продуктивном возрасте, а количество людей, выходящих на пенсию, они живут достаточно долго. Поэтому это соотношение будет и у нас расти: в ближайшей перспективе количество пенсионеров превысит количество работающих.
 
в ближайшей перспективе количество пенсионеров превысит количество работающих
 
Г.Б.: Туфта просто. А давайте ответим еще одному слушателю. Александр, здравствуйте.
 
Александр: Здравствуйте. Хотел бы задать вашему гостю пару вопросов. Учитывается в НПФ наша конституционная составляющая нашей замечательной Родины? И второе: не планируется ли сделать накапливаемую часть, передаваемой по завещанию. Я молодой человек, мне 35лет и я получаю белую зарплату уже с 1999г., и у меня накопилось достаточно много.
 
К.У.: Уже сегодня вся ваша накопительная часть, если не дай Бог, до вашего выхода на пенсию с вами что-нибудь случится, передается вместе во всем инвестиционным доходом. Все это знают, поэтому в этом плане можете быть спокойным. Что касается, после того как вы выйдете на пенсию, мы категорически настаиваем, чтобы эти средства принадлежали будущему пенсионеру и он мог ими распоряжаться, т.е. если человек заработал себе на государственную пенсию нормальные деньги и есть накопительная часть, почему бы ему не выбрать получать эту накопительную пенсию не пожизненно, а в течение определенного периода времени, причем, если человек умер, чтобы остаток этих средств наследовался. Категорически насмерть стал Минздравсоцразвития и как не странно, наш профсоюз.

Г.Б.: Т.е. это накопленные человеком средства, которые переходят государству, если он досрочно умрет.
 
К.У.: А вот если он уже получил первую пенсию, и потом умер, то тогда извольте вернуть все государству. Я думаю, что эту всю ситуацию пока еще можно переломить, но сейчас речь идет о том, чтобы отобрать все, и никакой накопительной системы. Я хочу ответить на первый вопрос насчет того, учитывается ли инфляционная составляющая. Вы знаете, очень много разговоров о том, что инвестирование пенсионных накоплений не догоняет инфляцию, что это убыточная история, теряют свои деньги, это, кстати, одни из аргументов противника. И в государственном, и даже в некоторых негосударственных пенсионных фондах на сегодняшний день доход может быть ниже инфляции, потому что извините, за 10 лет, что инвестируются эти деньги, мы два кризиса пережили. Во многом это тоже не правда. Взяли и посчитали: если человек перенёс свои деньги в негосударственный пенсионных фонд, мы взяли просто среднюю доходность всех фондов за 10 лет, вот если человек не бегал, а сидел в одном фонде, копил, то уже сегодня накопленная доходность по его деньгам в НПФ выше инфляции. Я даже докладывал об этом в Организации экономического сотрудничества и развития на семинаре, потому что у нас противники накопиловки выхватывают итоги того или иного инвестиционного года и начинают ими махать, а когда ты им говоришь, ребята, смотрите, человек положил 10 тыс. рублей со средней доходностью по рынку, есть и более высокая, и никуда эти деньги не забирал, даже если в 2008 году этот фонд получил минус 30% , он тут же на следующий год отбил 40%. Общая накопленная доходность оказалась выше, во-первых.
 
Во-вторых, что касается инфляции, дорогие друзья, давайте не забывать, что первые люди 1967 г.рождения, пойдут на пенсию еще через 15 лет. И за 25 лет, весь мировой опыт развития НПФ, и там тоже они не находятся вне кризисной ситуации, на этом длинном плече доходность всегда выше инфляции. Что касается государственной управляющей компании, я хочу выступить в защиту работников государственной управляющей компании, не системы. Дело в том, что они отлично делают свое дело, до позапрошлого года, средства, которые были в государственной управляющей компании, вкладывались только в государственные ценные бумаги, в силу того, что наши законодатели не придумали ничего нового. Они не могли реально зарабатывать деньги.
 
Г.Б.: Но уже сколько лет идет разговор о том, чтобы разрешить покупать им те же голубые фишки.
 
К.У.: Разрешили сейчас, правда, в ограниченном количестве. Георгий, ну я Вам сейчас скажу одну крамольную мысль, пусть меня расстреляют, судьба накопительного компонента решается не внутри самого накопительного компонента и не внутри пенсионной системы. На сегодняшний день нет ответа на вопрос, а нужны ли нашему государству вот эти пенсионные деньги? Во всех экономиках мира пенсионные деньги являются длинными инвестициями, которые работают на развитие экономики. Заметьте, их нельзя распределить, украсть, их нужно инвестировать и получить на них на этом длинном плече доход, чтобы его вернуть, а это большой серьезный и многогранный труд. Поэтому, если сегодня, насколько мне известно, при Президенте Российской Федерации сейчас создана рабочая группа, использования как раз пенсионных средств в инфраструктурных проектах, вот если в рамках этой группы найдут ответ на вопрос, нужны ли России пенсионные деньги, я думаю, что судьба накопительного компонента будет положительной.

Г.Б.: Давайте возьмет еще один вопрос. Здравствуйте, вы в эфире.
 
Слушатель: А вот меня такой вопрос интересует, если я молодой, жена молодая и мы собираемся сейчас как раз перевести деньги в негосударственный пенсионный фонд, но тут задались вопросом и не смогли найти ответ: кто будет отвечать, если какой-то там НПФ развалиться. У нас же бывает так постоянно, что кто-то раз и пропал с рынка. Есть страховка какая-то?
 
К.У.: Должно быть три уровня гарантирования. На сегодняшний день существует два. Первый уровень - это ежедневный контроль за инвестированием. Его осуществляет специальные депозитарии и федеральная служба по финансовым рынкам, поэтому деньги исчезнуть в принципе не могут вообще, по той простой причине, что они могут быть вложены только в те инструменты, которые разрешены законодательством, и, я подчеркиваю, ежедневно идёт мониторинг, и если совершается какая-то сомнительная сделка, она просто признается недействительной, потому что в правовом плане деньги хранятся в спецдепозитарии в специальных накоплениях. Он за ним следит и тут же ежедневно докладывает, если что-то происходит, федеральная служба по финансовым рынкам вмешивается - это уровень государственного и частного объективного контроля.
 
Второй уровень - негосударственный пенсионный фонд отвечает по всем привлеченным средствам всем своим имуществом, в т.ч. и средствами, которые внес туда учредитель. И когда вы выбираете негосударственный пенсионный фонд, мой вам большой совет, идти в тот фонд, у которого средства, внесенные учредителем, достаточно большие.
 
негосударственный пенсионный фонд отвечает по всем привлеченным средствам всем своим имуществом, в т.ч. и средствами, которые внес туда учредитель
 
Г.Б.: Достаточно большие, - это сколько?
 
К.У.: Ну, знаете, у нас есть фонды, у которого собственного имущества в 2 раза больше, чем привлеченного, или там они приблизительно равны.
 
Г.Б.: Это указано в их документах?
 
К.У.: Да, безусловно. Всю информацию о негосударственных пенсионных фондах, об результатах их инвестирования, о том, сколько средств, сколько у них клиентов, можно получить на сайте федеральной службы по финансовым рынкам. И плюс законодательство обязывает все негосударственные пенсионные фонды раскрывать всю эту информацию на своих собственных сайтах - это лицензионные требования: фонд обязан иметь свой сайт, кроме того, там можно получить в офисе любого фонда, которому вы хотите принести деньги. А третий уровень действительно это уровень гарантий. Национальная ассоциация негосударственных пенсионных фондов на протяжении последних 5 лет уже вопит по поводу того, что необходимо создавать систему гарантий, хотя бы по аналогии системы Агентства по страхованию вкладов. Наши вопли были услышаны, и вот уже полгода проходит согласование законопроекта «О системе гарантирования средств пенсионных накоплений», которые подготовлены Министерством экономического развития, и сейчас проходит голосование. Скажу сразу, что категорически возражает против закона Министерство труда и социального развития, ранее Минздравсоцразвития.
 
Г.Б.: Почему это странно? Для меня не странно: они же самый реакционный проект пишут, поэтому они такие. Они хотят, чтобы все в один котел и пересмотрелось бы из Москвы начальником большим.
 
К.У.: Ну, есть свое виденье у Министерства финансов. Это уже вопрос техники: они не возражают против создания гарантийных фондов, просто их можно создавать либо на условии частного и государственного партнерства, как предполагает Министерство экономического развития по типу АСВ, куда вносится часть средств государства и часть средств фонд, а Минфин настаивает на том, чтобы фонды сами создавали такой гарантийный фонд по типу Фонда автостраховщиков. И тот, и другой путь имеет место быть, надо просто какой-то выбрать путь и по нему идти. Я уверен, что ближайшее время, не пройдет и года, как закон будет принят. Ну, если конечно не победит эта история, когда все закончилось.
 
Г.Б.: А как по вашим ощущениям, она близка к победе?
 
К.У.: Я еще раз хочу сказать, это мое личное мнение как эксперта, что судьба накопительного компонента не внутри вот этого документа, не внутри Министерства труда, не внутри дефицита пенсионной системы, - судьба накопительного компонента лежит в области инвестирования средств пенсионных накоплений. Если применение этим средствам, для развития экономики страны будет найдено, а собственно здесь не надо глубоко рыться, все на поверхности, есть инфраструктурные проекты: строить дороги, строить недвижимость, есть, кстати, прекрасный опыт такого, например, Ханты-мансийский негосударственный пенсионный фонд уже, по-моему, 8 лет строит дешевое доступное жилье великолепнейшим образом, и доходность у него прекрасная, и свои вложения.
 
Ханты-мансийский негосударственный пенсионный фонд уже 8 лет строит дешевое доступное жилье великолепнейшим образом, и доходность у него прекрасная, и свои вложения
 
Г.Б.: Ну, за этими средствами гораздо более жесткие препятствия: ведь как гласит классическая схема: западные пенсионные фонды ворочают огромными деньгами, это сотни миллиардов долларов, у них шире диапазон вложения, чем у нас. У нас разрешили какие-то голубые фишки покупать, ну с ограничениями. Ну, там, конечно, если какая-нибудь компания покупает там футбольный клуб, пенсионный фонд говорит: «Что это, мы так, мы этак, зачем, почему, вот за нами стоят, извиняюсь, миллионы пенсионеров». Вот эту ситуацию властям страшно себе представить.
 
К.У.: Это правда. Я глубоко убежден, что проблема в том, что есть такой внутренний подспудный страх того, что не удастся уследить за этими инвестициями. Почему? Потому, что надо создавать действительно реальную систему государственного контроля, надо отбирать проекты. Я хотел еще раз предложить: строить дома, ПФ госфонд строит платную дорогу по Одинцова, участвует в проекте по строительству Санкт-петербургской магистрали. Я понимаю, что это на века, что это доходность на самом деле, а та система ограничения инвестирования, которая существует сегодня, она заставляет фонды вкладывать как раз голубые фишки в короткие инструменты, ежегодно отчитываться о доходности, при этом все фонды пытаются судорожно эту доходность подбить. Тех, кто понимает в экономике, понимает, что можно вложить в бумагу на 5 лет, но при это за 5 лет, может быть там на 2-3 году его стоимость на вторичном рынке где-то просесть, но, тем не менее, через 5 лет он с купонных получит конкретную четкую понятную прибыль.
 
Г.Б.: А если все-таки, вкладывать на 15?
 
К.У.: А на 15 - еще больший будет доход. А здесь говорят, нет, ребята, вы каждый год отчитайтесь, не дай Бог, что-то провалилось за этот год, начинается истерика: фонды не догнали инфляцию. И эта истерика как не странно, порой нагнетается теми же государственными структурам. Поэтому я еще раз говорю: все проблемы накопительные лежат в области инвестирования. Если бы государство четко понимало, что эти деньги помогут подняться экономике страны, а у нас целые страны поднимались на пенсионных деньгах. Ранее упомянутая Чили имела в свое время 80% ВВП от реализации меди на мировом рынке, а сегодня эта доля всего 20%.
целые страны поднимались на пенсионных деньгах
 
Г.Б.: Кстати говоря, Чили начинали с того, что они грохнули всю свою пенсионную систему.
 
К.У.: Но у нас этого нет. Я, во-первых, не ратую только за то, чтобы у нас была только накопительная система, но, Вы знаете, уже объемы очень интересные: всего в накопительной системе, в добровольной, и в обязательной, больше двух триллионов рублей. Может, по западным меркам
 
Г.Б.: Вот как раз покрыть ими дефицит пенсионного фонда, у них примерно порядок цифр такой же.
 
К.У.: Георгий, все понятно. Знаете, что возмущает до глубины души. Что, те, кто это предлагает, они же тоже не очень глупые люди: они просто находятся в каких-то рамках, заданных сверху: вы просто покройте этот дефицит любой ценой, а они то понимают, что денег хватит только на три года. Через три то года и эти деньги закончатся, и дефицит не покроется, по той простой причине, что есть системные проблемы, о которых мы с Вами говорили, которые продолжают не решаться в силу каких-то политических рисков: а что скажут. Ну, решила же эту проблему с теми же досрочными пенсиями та же Беларусь, на Украине, в Прибалтике, и нам бы это пошло на пользу.

Г.Б.: А там как раз пошли по пути проведения аттестации.
 
К.У.: Конечно, сказали, например, те, кто половину отработал, они остаются в этой системе, и мы перед ними обязательства выполним, у кого осталась еще половина стажа - будьте добры, вот мы работодателю поставили задачу договориться с вами, у нас есть такие-то требования к работодателю, что он должен обеспечить вам не меньше указанного тарифа и т.д.
 
Г.Б.: Ну хорошо, Белоруссия - страна тихая политически, а на Украине возмущение были?
 
К.У.: Нет.
 
Г.Б.: Т.е. это все встречено было нормально.
 
К.У.: Георгий, вот если бы почитать этот документ, который называется «Стратегия развития пенсионной системы до 30-го года», Вы там не увидите, фактически, ничего, что бы было направлено на улучшение жизни пенсионеров, сегодняшних, будущих. Там фактически весь документ сводиться к одному: как покрыть дефицит пенсионной системы, не решить вопросы, чтобы все платили одинаковый взнос.
 
Г.Б.: Там этого нет?
 
К.У: Ну, допустим, не хочешь ты платить полный взнос, Бога ради, должен заранее понимать, что ты не будешь получать полную пенсию.
 
Г.Б.: Ну, вы знаете, когда человеку 30 лет, он скажет да фиг с ней с пенсией.
 
К.У.: Не проблема.
 
Г.Б.: Не должно быть в этой области принуждения?
 
К.У.: Нет.
 
Г.Б.: У нас люди вообще скажут, что я не будут платить никакой пенсионный взнос, а потом, он же знает, что государство его не бросит, вернее он думает так. Но пока он в этом разувериться через 20 лет - уже все накроется.
 
К.У.: Согласен.
 
Г.Б.: И что тогда, он сам виноватым окажется и будет на улице с автоматом бегать или по лесам.
 
К.У.: Вот по этому проще все отменить, прекратить, все загонять в один котел, это действительно проще, работать не надо. Здесь же много проблем есть. Есть проблемы с серыми зарплатами: люди получают на сегодняшний день государство обеспечило белые зарплаты у 17% работающих в корпоративном секторе: это топливо-энергетический, крупные, средние предприятия. Специальные налоговые инспекции созданы, за ними следят и там все зарплаты в норме.

Г.Б.: Бюджетную сферу, о которой мы уже сегодня говорили, ее нельзя назвать полностью белой, когда зарплаты составляют 10 тыб.руб., а доплаты всякие 150 тыс. руб. Она называется формально белой, но она не белая. Это муфлеж.
 
К.У.: А вы задайте себе вопрос: почему минимальный размер оплаты труда у нас меньше прожиточного минимума?

Г.Б.: А именно поэтому.
 
К.У.: Когда можно бюджетникам платить меньше.
 
Г.Б.: А я давно говорил, вообще должна быть не минимальная оплата труда, должна быть минимальная почасовая ставка.
 
К.У.: А вы знаете, что может помочь выйти из этой ситуации, даже это не моя идея. В свое время мы давно уже обсуждаем в рамках Российского союза промышленных предпринимателей вопрос пенсионной системы: там была отличная идея: давайте тогда создавать скорее не корпоративные, а отраслевые пенсионные программы. Вот вы ходите, допустим, учителям платить 3 копейки, но при этом на пенсию выводить их в 50 лет. Создавайте для них обособленную пенсионную программу и внутри этой программы смотрите, сколько вам нужно на это денег и где их взять. А у нас сегодня получается, что 17% работающих в корпоративных отраслях, в ТЭКе, реально оплачивают 60-70% всех поступлений в ПФР и при этом, получая высокую зарплату, выходят на низкую пенсию.
 
Г.Б.: Не понятно? Не то, что не понятно - это несправедливо.
 
К.У.: Да, не справедливо.

Г.Б.: Ну а как быть, если он перешел из одной отрасли в другую?
 
К.У.: Значит, он попал в другую пенсионную систему.
 
Г.Б.: А та сохранилась?
 
К.У.: Ну, он там десять лет проработал - да, но это уже детали.
 
Г.Б.: Вот тут у вас спрашивают, суть вопроса я сейчас не очень понимаю, зачитаю дословно: «Объясните, пожалуйста, откуда приходят деньги для увеличения в два раза накопительной части пенсии при переходе в НПФ. Понятно, что они приходят от государства, но из каких фондов оно его берет?»
 
К.У.: Понятно. Это речь идёт, скорее всего, о программе государственного субфинансирования добровольных пенсионных накоплений не только в НПФ, но вы можете оставаться и в Пенсионном Фонде России. Деньги поступают из бюджета Российской Федерации, а если еще быть точнее, из Фонда национального благосостояния. Сама программа государственного софинансирования, я к ней отношусь очень трепетно, потому что я считаю, что как всегда у нас хотели как лучше, получилось как всегда. Сама идея этой программы софинансирования как раз была направлена на то, чтобы приучить людей накапливать себе на жизнь, и сказали, что ребята, вот 5 лет для вас такой бонус: не важно, три копейки или две, но у вас стопроцентная доходность. Задумайтесь, вы вносите соответственно программе от 2 до 12 тыс. вот в этом промежутке ваши деньги и сразу получаете на них стопроцентную доходность. Плюс, эти деньги потом инвестируются.
 
Г.Б.: Но они лежат?
 
К.У.: Они лежат, и если с Вами, не дай Бой, что-то случилось, они наследуются до выхода на пенсию. Кстати, по отношению к этим деньгам, удалось отбить у наших чиновников, вы имеете возможность выбрать потом, когда до пенсии доживете, необязательно пожизненную пенсию, но и срочную пенсию. Можно сразу их получить. Деньги, если говорить об источниках, то это Фонд Национального Благосостояния - деньги сейчас небольшие, т.к. в программе участвует порядка 5 млн. чел. Почему? Я вам скажу. Первое - программу объявили в 2008г., а это был кризис и людям было не до того, объяснять начали в 2010г., в 2013г. она заканчивается.
 
Г.Б.: А что будет после 2013?
 
К.У.: А ничего. Вплоть до 2013г. до 1 октября кто не вступил в эту программу, значит, тот не успел, до свидания. А кто вступил до 1 октября 2013г. - в течении десяти лет у них есть право получать этот бонус. Значит, не воспользоваться этой ситуацией просто глупо.
 
Г.Б.: А если через год в 2015г. скажут: «Знаете, а мы передумали».
 
К.У.: Не хочу я это обсуждать.
 
Г.Б.: Знаете, у нас государство не раз раскидало людей.
 
К.У.: Но у вас эти деньги не заберут, как минимум - не должны. То, что происходит сейчас с пенсионной системой этой контрреформой - это просто катастрофа.
 
Г.Б.: Ну, это на самом деле и есть так.
 
К.У.: Это катастрофа идеологическая. Во-первых, дискуссия на эту тему ведется как минимум уже полтора года, идет какофония, причем какофония из государственных органов. У меня есть подборка специально высказывания чиновников Минздравсоцразвития.
 
Г.Б.: Давайте.
 
К.У.: 2010г.- «Ни в коем случае нельзя менять структуру пенсионной системы, надо только делать косметическую доработку, надо только решить нерешенные проблемы. 2011г. - «Вся беда в том, что накопительная пенсионная система отвлекает средства наших пенсионеров сегодняшнего дня, она никому не нужна, люди в нее не верят». Потом вдруг в 2012 г. выясняется, что почти 16 млн. человек вдруг неожиданно ушли в негосударственные пенсионные фонды. Теперь: «Да что вы, там могут возникнуть проблемы через 30 лет в негосударственных пенсионных фондах, надо создавать систему контроля». Вы знаете, такое впечатление, что люди к кому-то обращаются, там, а Бараку Обаме. Мы говорим, давайте создадим систему контроля, систему гарантий, давайте ужесточать требования к НПФ, а государство - давайте вообще все закончим.
 
Г.Б.: Это от отсутствия ума?
 
К.У.: Ну, не знаю. Я думаю, что просто так проще. Есть система персонифицированного учета, представьте, Пенсионному фонду России проходится вести огромное количество пенсионных счетов. Тяжело, правда? Фонды тоже их ведут. Вот сейчас уже ведут в отношении почти 20 млн. человек. Мы же не плачем, что мы их ведем, хотя это делать тяжело. Проще - ничего, собрать и поделить. Помните, был такой герой, который был не согласен ни с Энгельсом, ни с Марксом: «Надо отобрать и поделить».
 
Г.Б.: Но мы туда идем стремительно обратно.
 
К.У.: Я хочу в это верить, я не оптимист и не пессимист, я просто надеюсь на какой-то разум и на то, что возобладает страх. Даже если сейчас взять все поломать все, что ты делал хорошее, прогрессивное, и понятно было, к чему мы придём, по крайней мере, для молодых. И если ты сейчас это все вернешь назад в тот советский период, когда все распределялось из одного котла, молодежь перестанет верить в это государство. Вот этого они должны испугаться. А второе: должны испугаться экономисты. Почему экономический блок категорически против отмены накопительной части, я имею в виду чиновников, потому что они понимают, что это крах фондового рынка, что мы полностью начинаем зависеть от Запада.
 
Г.Б.: Тогда какой-то Морган Фремен вывел пару миллиардов из рынка и это тю-тю.
 
К.У.: И акции тю-тю, и не только. Сегодня говорят, что до 40% фондового рынка обеспечивают пенсионные средства, потому что пенсионные накопления в рамках обязательной системы. У нас есть еще почти триллион, для многих это неожиданность, 650 млрд. это добровольные взносы, которые люди в месяц с работодателями откладывают.

Г.Б.: Но про крах фондового рынка никто не думает. Тяжелый случай мы какой-то клинический разобрали.
 
К.У.: Не верю я, что это произойдет.
 
Г.Б.: Голосование на сайте: 55% не задумываются о пенсии, поскольку предпочитают жить сегодняшним днем, а 45% собираются инвестировать свои доходы, чтобы обеспечить свою старость. Ну, они так послушают эти дискуссии и полностью разуверятся.
 
К.У.: Не знаю, я думаю, что это потрясающий результат. Вот еще 5 лет назад, когда проводили опрос перед введением законов, 10% только занимались инвестированием.

 

04.09.2012 Радио CityFM
Комментарии к новости:
Оставьте ваш комментарий
Для того, чтобы оставить комментарий, необходимо авторизоваться, если вы зарегистрированный пользователь, или зарегистрироваться, если нет.